Фонд «Инок» был создан в 2013 году как специализированная НКО, целью которой является оказание помощи тюремным православным приходам. В рамках проекта «Храмы особого назначения 2.0» будет продолжен мониторинг доступности православных храмов для осужденных, подозреваемых и подсудимых. В ходе реализации проекта для 5-ти тюремных храмов будут приобретены отсутствующие богослужебные предметы длительного пользования (такие, как, например, наборы для евхаристии) и специальная богослужебная литература. В 11-ть тюремных храмов будут переданы и, так называемые, расходные материалы, предметы церковной утвари ежедневного использования – церковные свечи, лампадное масло, ладан и прочее. Сотрудники фонда проведут для осужденных-верующих миссионерские просветительские беседы, посвященные превратному толкованию православной морали представителями криминальной субкультуре, а также недопустимости религиозного экстремизма и псевдорелигиозных учений – неоязычества и пр. В каждом из 11-ти учреждений при тюремных храмах будут организованы воскресные школы, в которых священнослужители, используя имеющиеся в «вольных» храмах наработки, а также сотрудники Фонда «Инок», используя разработанную ранее методику, проведут обучение осужденных основам православного вероучения.

Тема тюремного служения в обществе часто обходится стороной. Она пахнет сыростью казенных коридоров, бедой и чужим стыдом. Нам проще абстрагироваться, повторяя расхожую мантру: «Посадили — значит, за дело». Но когда Церковь говорит о тюремном служении, речь идет не о юридической справедливости, а о том, что в самом мрачном месте земли живут люди, чья нужда во Христе обнажена до предела.

Человек за решеткой вырван из привычного контекста. Он потерял не только свободу передвижения, но и право на доброе имя, часто — семью, будущее, уважение к себе. Его внутренний мир — это либо руины прежних идеалов, либо заледеневшая пустота. Тюремное служение — это попытка разобрать эти завалы. Священник, сестра милосердия или подготовленный волонтер приходит туда не с обвинительным приговором (свой приговор у человека уже есть), а с вестью о том, что даже здесь жизнь не кончается.

Социальные работники учат заключенных ремеслу и правовой грамотности, психологи пытаются корректировать поведение. Но кто научит душу прощать себя? Кто даст силы пережить предательство или ужас многолетней изоляции без желания мстить? Только вера. Та самая надежда на Воскресение, которая превратила разбойника на кресте в первого наследника рая.

Существует прагматичный аргумент, понятный даже атеистам. Огромный процент преступлений совершается повторно именно потому, что в душе человека ничего не изменилось. Он вышел из тюрьмы озлобленным, деклассированным, сломленным. Тюремное служение — это самый эффективный способ профилактики рецидива, который существует в истории. Когда в колонии появляется община, когда налаживается регулярная литургическая жизнь, меняется сама атмосфера. Там, где звучит молитва, становится меньше насилия и суицидов, больше порядка. Человеку, который в тюрьме обрел Бога, просто незачем возвращаться к криминальному прошлому: он нашел нечто большее, чем «легкие деньги» или власть над слабым.

Тюремные храмы сегодня есть в каждом учреждении Ставропольского края. Ежедневно старосты храмов и активные осужденные-прихожане совершают утренние и вечерние молитвы. Но нехватка заботливых и искренних священников и волонтеров (впрочем, как и сотрудников исправительных учреждений), к сожалению, остается актуальной. А ведь запрос на духовное общение среди осужденных колоссальный. Часто эти люди читают Библию внимательнее и истовее нас, потому что Слово Божие для них — буквально спасательный круг, а не просто традиция.

Тюремное служение не терпит фальши и «пластмассового» благочестия. Туда не стоит идти за самоутверждением или из праздного любопытства. Там нужна жертвенная любовь, трезвость и полное отсутствие розовых очков. Там нужно быть готовым выслушать такое, от чего волосы встают дыбом, и не осудить.

«В темнице был, и вы пришли ко Мне» (Мф. 25:36) — истина, в которой нет ни слова о политике, внешней атрибутике или принадлежности к «правильному» кругу. Только чаша воды, одежда, посещение больного и узника. Необходимость тюремного служения — это тест для всей нашей церковной общины на живосердечие. Как только мы начинаем писать письма поддержки, молиться за поименные списки или лично ехать в колонию, чтобы просто поговорить о Христе, — мы становимся Церковью, которая спускается в ад, чтобы вывести оттуда тех, кого еще можно спасти. Им нужно вернуть человеческое достоинство и понимание, что Бог о них не забыл. И руками священников и волонтеров это делает Сам Христос, стучащий в двери камер, которые открываются только изнутри.